Во многовековой истории человечества известно немало примеров чудесного избавления больных от тяжких физических страданий. Согласно Новому Завету, даром исцеления людей от телесных недугов или божественной благодатью, как его еще называли, обладал Спаситель наш Иисус Христос. Благодаря такому дару прозревали слепые и выздоравливали тяжелобольные, обращавшиеся к Спасителю за помощью. Бог Сын, обладатель божественной благодати, оживлял даже тех, кто ушел из жизни, возвращая их в земной мир.
   Местом чудесных исцелений часто становились храмы. Сюда стремились те, кто не терял последнюю надежду на выздоровление. Не случайно, что при храмах стали открываться первые больницы. Обители, предназначенные как для спасения человеческих душ, так и для избавления больных от телесных недугов, изначально соседствовали друг с другом.
Больницы при храмах были «безмездными» (бесплатными). Считалось, что руками целителей в них избавляет от болезней сам Спаситель, наделивший даром исцеления сначала 12 своих первых учеников (апостолов), а затем и 70 других его последователей. От больных здесь не требовалось платы за лечение. Ее заменяло обращение за помощью к Всевышнему. Однако некоторые целители прежних лет, исцелявшие страдальцев именем Иисуса Христа, обладали не только божественной благодатью, но и профессионально владели врачебным искусством.
   Возможно, первым из них был святой апостол и евангелист Лука, являвшийся врачом по профессии. Он происходил из Антиохии Сирийской, где с юности посвятил себя изучению наук и искусств. По имеющимся сведениям, юноша изучил греческую философию, еврейские законы, живопись и врачевание болезней. Услышав божественное учение Иисуса Христа в Иерусалиме, стал проповедником христианской веры в Антиохии и обладателем божественной благодати в числе 70 последователей Спасителя. Здесь он спасал людские души и исцелял от болезней до тех пор, пока в этом городе не остановился святой апостол Павел. Тогда Лука сделался его сподвижником и всюду сопровождал апостола в путешествиях. Ему приходилось оказывать врачебную помощь и святому апостолу Павлу. Вместе с ним он отправился в Рим, где по просьбе римских христиан написал «Евангелие», а позднее и «Деяния святых апостолов». В этих творениях обнаруживается стиль искусного историка, который путем необычайно краткого изложения отдельных фактов сумел достичь целостного (картинного) восприятия повествования. После мученической смерти святого апостола Павла Лука проповедовал христианское вероучение в Италии, Далмации, Галлии, Македонии и Греции. Затем его проповеди услышали в Ливии и Египте, откуда он вновь вернулся в Грецию. Здесь Лука трудился над устроением христианских храмов, рукополагая (посвящая в сан) священников и дьяконов, исцеляя больных от тяжелых болезней. В греческих землях, по-видимому, проявился его дар иконописца, написавшего образ Пресвятой Богородицы.
   Согласно церковному преданию, эта чудотворная икона была написана на доске из стола, за которым трапезовали сам Спаситель, Богоматерь и праведный Иосиф со своими детьми. В наши дни она известна под названием Владимирской иконы Пресвятой Богородицы и находится в Успенском соборе Московского Кремля.
Святым апостолом и евангелистом Лукой были созданы и другие образы Божьей Матери, включая Виленскую, Иерусалимскую и Смоленскую иконы Пресвятой Богородицы.
   В апостольской деятельности Лука достиг преклонного возраста (более 80 лет от роду). Принял мученическую смерть от рук язычников в греческом городе Фивы. День памяти святого апостола и евангелиста Луки отмечается трижды: 4 января, 22 апреля и 18 октября [1-3].

   В сонме святых Русская Православная Церковь различает и прославляет канонизированных ею врачей, снискавших почет и уважение не только безвозмездным врачеванием страждущих, но и служением Иисусу Христу. К ним принадлежали, как утверждал архимандрит Тихон (А. Л. Тихомиров), «те блаженные мужи, которые, получив от Бога дарования исцелений и чу- дотворений, туне - без всякой мзды, врачевали недуги людей, стараясь в то же время исправить их нравственность и утвердить на пути добродетели».
   К особому лику бессребреников и чудотворцев, по мнению архимандрита Тихона (1912), относились Косма и Дамиан, Кир и Иоанн, Пантелеймон и Ермолай [4]. Однако на храмовой иконе, находящейся в храме Космы и Дамиана на Маросейке (Москва), можно видеть образы и других святых целителей, не упомянутых им, включая Сампсона (Странноприимца) и Диомида.
   Среди святых целителей, носивших имена Косма и Дамиан, обычно различают три разных семейства, в каждом из которых имелось два родных брата.
   Одни из них жили в Асии (так называлась тогда часть Малой Азии). Ни время их рождения, ни время смерти не известно. Несомненно только то, что они жили не позднее IV века, так как в первой половине века следующего во имя их были устроены святые храмы. Отцом братьев был грек-язычник, а матерью - христианка по имени Феодотия. Братья рано лишились отца. Однако матери, отказавшейся от всех радостей жизни и посвятившей себя воспитанию сыновей, удалось «внушить им страх Божий и любовь к добродетели». Обучившись грамоте и Священному Писанию, братья познали врачебную науку, а также целительные свойства растений и трав. И Косма, и Дамиан были наделены особой божественной благодатью - даром исцелений и чудотворений. Многие болезни прекращались, если они приступали к их лечению. Это привлекало к ним множество больных, от которых отказались или которым не смогли помочь другие врачеватели. Но большое число пациентов не было братьям в тягость. Чтобы дарованная им благодать стала доступнее для страждущих, они переходили из одного селения в другое, где «подавали исцеление» всем больным независимо от пола, возраста, звания или состояния. И делали это братья не для обогащения или земной славы.
   Их цель была выше - самоотверженно служить страждущему человечеству во имя великого, но далекого Бога, любовь к которому они стремились выразить в любви к ближним своим. Поэтому Косма и Дамиан ни от кого никогда не принимали никакой награды за свои труды. Даром получили они божественную благодать исцелений и чудотворений, даром и раздавали ее всем, кто в ней нуждался. Об одном только просили братья исцеленных ими: твердо верить в Господа нашего Иисуса Христа и жить по его Священному Писанию. Если же «врачуемые» не были христианами, то Косма и Дамиан старались «обратить их к христианской вере». Таким образом, врачуя недуги телесные, они врачевали и недуги душевные.
   В делах сострадания и милосердия прошла жизнь бессребреников и чудотворцев. Братья никогда не расставались друг с другом, вместе ходили, вместе врачевали и вместе молились. Сотворив немало знамений и чудес, первым с миром почил Косма, а через некоторое время после его кончины - и Дамиан. Их святые мощи были погребены в одной могиле. Вскоре на месте погребения была построена «церковь чудная и преславная», в которую не зарастала тропа для паломников из ближних и дальних стран.
   Первый биограф святых бессребреников и чудотворцев утверждал, что легче измерить море и пересчитать звезды, нежели поведать о всех чудесных исцелениях больных, связанных с именами Космы и Дамиана, родившихся в Асии. Однако из этого множества он описал подробно лишь двенадцать, тогда как архимандрит Тихон кратко поведал только о шести. В нашем Отечестве установлен день памяти (1 ноября) святых бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана (Асийских), которые преимущественно считаются покровителями детей. К ним прибегают с молитвой в начале школьного пути, чтобы эти мудрые врачи и наставники укрепили слабые детские силы в деле обучения и содействовали их развитию.
   Может быть поэтому иконописцы прошлых лет обычно изображали братьев «с брадами оба средни равны», а также с птичьим пером в правой руке и со шкатулкой для лекарств - в левой. При этом Косма лишь поддерживал перо на весу, тогда как Дамиан держал его так, словно собирался использовать этот предмет для письма (или для обучения письму детей). Конечно, существуют и другие версии по поводу птичьего пера в руках святых врачевателей. К примеру, В. О. Самойлов полагал, что в те времена заостренное птичье перо уже использовалось не только для письма, но и для хирургического лечения некоторых глазных болезней, включая трихиаз. Отсюда им был сделан вывод о принадлежности Космы и Дамиана (Асийских) к покровителям хирургов, так как только этих святых-врачей было принято изображать непременно с птичьим пером и шкатулкой для лекарств. Два других родных брата, носивших имена Косма и Дамиан, жили в «вечном городе» Риме около второй половины III века. Их родители отличались не только знатностью и богатством рода, но и христианским вероисповеданием, унаследованным братьями. Привилегированное положение позволило им в юности заниматься изучением не только богословия, но и естественных наук, из которых врачебное дело стало делом всей жизни. Упорство братьев в познании разных людских недугов, а также целебных свойств дикорастущих растений и трав было замечено Господом, который благословил это намерение и наделил их особой благодатью - даром врачевания и исцеления многих болезней человека и животных. С тех пор большинство таких заболеваний уступало удвоенной силе Космы и Дамиана: больные выздоравливали в результате эффективного лечения и ухода за ними. Чудотворцы не только не брали никакой награды за чудесное исцеление, но и сами помогали неимущим. К примеру, они продали богатое имение, оставшееся после смерти родителей, а полученные деньги раздали нуждавшимся в них больше, чем они.
   Братья верили, что сила, их руками избавлявшая людей и животных от болезней, есть всемогущая сила Христа. Поэтому в общении с больными людьми они выступали и как проповедники христианского вероисповедания, убеждавшие врачуемых ими в могуществе Спасителя - единого и истинного Бога. Те, кто поверил в него, исцелялись и несли эту веру другим. Так, ежедневно возрастало стадо Христово.
   Чудесные исцеления больных, которые во множестве совершались братьями, стали причиной зависти их прежнего наставника, у которого Косма и Дамиан учились врачебному искусству. Добрая слава братьев затмевала его собственную, от которой оставались лишь полузабытые предания. Эта зависть привела учителя к убийству своих учеников. Призвав их к себе, он лестью уговорил Косму и Дамиана идти с ним в горы, где наступило время сбора лекарственных трав. Далеко в горах наставник предложил братьям разойтись по разным лугам, чтобы каждому собрать больше сырья. Братья вновь послушались своего прежнего учителя. Но коварный наставник только и ждал этого часа. Сначала он напал на одного, а потом и на другого брата, «побив их каменьями». Тела убийца спрятал на берегу горного ручья, протекавшего неподалеку. Это произошло не позднее 285 г. Однако вскоре коварное убийство чудотворцев было раскрыто.
   В результате один из языческих храмов Рима «был обращен в христианский» и назван в честь святых бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана (Римских). Согласно преданию, этот храм стоит и поныне. В нем начиная с VI века и до наших дней сохранились дивные мозаичные изображения этих святых, день памяти которых установлен 1 июля.
История отечественной иконописи сохранила несколько изображений Космы и Дамиана (Римских). Обычно их изображали молодыми людьми, как следовало из старинного источника: «Косма млад, аки Димитрий Селунский... Дамиан млад, аки Георгий мученик, кудреват.., в правых руках держат кресты, а в левых сосудцы» [4, С. 15].
   Известны ещё братья, именовавшиеся Космой и Дамианом. Они родились и жили в Аравии в то же время, что и Косма и Дамиан из Рима. Подобно другим бессребреникам и чудотворцам, они получили образование в области медицины, которое немного помогало им при врачевании болезней. Но лишь получив от Бога благодать чудотворений, Косма и Дамиан (Аравийские) достигли выдающихся результатов в исцелении людских недугов. Они также не брали никакой мзды за лечение больных, врачуя именем Христа Спасителя.
   Скоро слава о чудесных врачах достигла дворца правителя Лисия, проживавшего в Киликии, где еще царило идолопоклонничество. Правитель приказал арестовать братьев и доставить их во дворец, что и было выполнено.
   Расспросив Косму и Дамиана о христианской вере, он приказал им отречься от нее, принеся в знак отречения жертву местным идолам. Когда братья наотрез отказались, Лисий велел бить их без милосердия, а потом связанных бросить в море.
   Но Господь спас их от смерти. Косме и Дамиану удалось освободиться от уз и добраться до берега. Раздраженный правитель повелел заключить спасшихся братьев в темницу, а на другой день - бросить их в огонь. Но и пламя не причинило зла христианским мученикам, которых Господь продолжал хранить.
   Тогда жестокий Лисий стал испытывать братьев новыми казнями. Когда не удалось их повесить, сначала он потребовал бросать в них камни, а потом стрелять из луков. Но и камни, и стрелы не причинили им вреда. Они отскакивали от тел их, как от стен, и поражали самих мучителей. Тогда правитель приказал обезглавить Косму и Дамиана мечом. Святые мученики приняли смерть с именем Христа на устах. Это случилось в конце III века, но память о святых бессребрениках и чудотворцах пережила столетия.
   Свидетельства об их подвижнической деятельности сохранились и на территории современной Украины. Так, в воззвании комитета по сооружению храма во имя святого равноапостольного князя Владимира в Херсонесе Таврическом (древний город близ Севастополя) было сказано: «Сюда (т. е. в Херсонес) были сосланы на заточение святые бессребреники и чудотворцы Косма и Дамиан, довольно потрудившиеся в этом языческом городе в проповеди евангельской» [4, С. 21].
   В Крыму, у подножия горы Чатырдаг, до сих пор сохранился родник, названный именем Космы и Дамиана (Аравийских). В день памяти этих святых (17 октября) к нему по-прежнему приходят люди, чтобы поклониться чудотворцам и мученикам.

   Святой целитель Пантелеон, позднее получивший имя Пантелеймон, родился в обеспеченной семье, владевшей несколькими богатыми поместьями. Его отец, Евстафий, был греком-язычником, поклонявшимся стародавним идолам. Мать же, Еввула, еще в родительской семье была воспитана в христианском благочестии и стремилась к тому, чтобы сын знал и почитал только единого и истинного Бога, живущего на небесах. Однако она оставила земную жизнь в молодых летах, когда Пантелеон еще не достиг совершеннолетия. Поэтому вскоре, подчинившись требованиям отца, он вместе с ним стал поклоняться языческим идолам. Когда юноша освоил школьную программу, Евстафий решил обучить его врачебному искусству и с этой целью определил сына учеником к врачу Евфросину, славившемуся в то время своим мастерством. Ученик, обладавший «крепкой памятью и быстрым умом» [5, С. 7], оказался понятливым и легко справлялся с премудростями будущей профессии. Вскоре по своим познаниям он намного опередил своих сверсников и уступал лишь наставнику Евфросину. Этот врач, кроме того, являлся придворным медиком при римском императоре Максимиане. Поэтому он нередко призывался во дворец к императору или его ближайшему окружению для исполнения врачебных обязанностей. В этих случаях он всегда брал с собой Пантелеона в качестве ближайшего и лучшего помощника. Там его впервые увидел император Максимиан, пожелавший, чтобы Евфросин достойно подготовил юношу к деятельности второго придворного врача.
   В то же время в городе Никомидии (ныне - территория на северо-западе Малой Азии), где учился Пантелеон, проживал христианин Ермолай, скрывавшийся там от преследования того же римского императора-язычника, прослывшего жестоким гонителем иноверцев. Случилось так, что будущий врач, отправляясь к наставнику и возвращаясь обратно, всегда проходил мимо дома Ермолая - это был кратчайший путь. Так, ему нередко приходилось видеть через окно Пантелеона, лицо которого отражало и природный ум, и доброту, и чистоту, и скромность. Однажды, когда юноша в очередной раз проходил мимо его дома, Ермолай вышел навстречу и пригласил Пантелеона к себе. Юноша, доверясь Ермолаю, поведал о своей умершей матери, которая усердно наставляла его в вере христианской, пока была жива. С тех пор эта вера осталась у него в душе. Рассказал Пантелеон и об отце, заставляющем его подчиниться «законам греческим» и почитать языческих богов. Юноша поделился с Ермолаем и своими ученическими заботами, пояснив, что прилежно изучает науки Эскулапа, Гиппократа и Галена, которые его отец находит весьма важными и полезными в жизни, надеясь, что сын со временем займет должность придворного врача и найдет свое место в свите императора Максимиана. Это мнение разделяет и его наставник в области врачебной профессии. «Только основательно усвоивший эти науки, - убеждает он, - будет в состоянии излечивать все людские болезни» [Там же].
   Простодушие и чистосердечность юноши пришлись по душе Ермолаю, открывшему ему другую истину, известную только христианским проповедникам. Суть ее в том, что врачебные науки Эскулапа, Гиппократа и Галена представляют собой ничтожную часть в великом искусстве исцеления, которым обладает истинный и всесильный Бог - Иисус Христос. Поэтому опыт земных наставников оказывает слишком мало пользы его изучающим, если при этом не веровать в необычайную силу Христа. Верующий в истинного и всесильного Бога способен многократно увеличить собственные силы одним обращением к его имени. Таким образом, возможно исцеление многих болезней. Об этом свидетельствовал чудотворный дар исцелений, которым несомненно обладал Иисус Христос. Благодаря такому дару не только прозревали слепые и выздоравливали больные проказой, считавшейся врачами неизлечимой болезнью, но даже оживали умершие. Подобные чудеса возможны как путем обращения к самому Иисусу Христу, так и прикосновением к его сохранившимся частицам одежды, также имевшим целительную силу. Необычайная убежденность Ермолая в своей вере во всемогущество единого Бога привела к тому, что ею проникся и юноша Пантелеон. С тех пор он сам заходил к Ермолаю каждый раз, когда возвращался от наставника своего, врача Евфросина. Когда Пантелеон окончательно укрепился в христианской вере, Ермолай совершил обряд его крещения.
   Есть сведения и о том, что Пантелеон обратил в христианскую веру и своего отца, ранее чтившего языческих богов. Евстафий поверил в единого и истинного Бога лишь после того, как его сын чудесным образом исцелил слепого, истратившего на лечение у других врачей почти все свое состояние, считавшееся немалым [6, С. 283].
   После смерти отца христианин Пантелеон унаследовал богатое имение. Затем он даровал свободу своим рабам и начал раздавать нуждавшимся остальное богатство, исцеляя таким образом царившую кругом нищету. Преуспел он и во врачебном искусстве, где ему была дарована Богом особая благодать исцелений. Он не стал придворным врачом императора и его семьи. Но зато он получил имя Пантелеймона, т. е. всемилостивого. Так произошло потому, что Пантелеон не раз доказал свою милость ко всем без исключения. На деле, а не на словах он утешал неутешных, раздавал свое богатство тем, кто нуждался больше его самого, и неустанно врачевал больных без какого-либо вознаграждения за этот труд. Поэтому жители города Никомидии перестали обращаться к другим врачам, так как ни у одного из них нельзя было получить такой действенной врачебной помощи, как у Пантелеймона, чудесным образом исцелявшего многие болезни и не принимающего ни от кого награды.
   Необычайная популярность Пантелеймона стала предметом зависти и вражды со стороны остальных городских врачей. Они прислали донос императору Максимиану. В нем указывалось, что Пантелеймон издевается над великим Эскулапом, врачебное искусство которого ой хорошо изучил, так как свои успехи в излечении больных он перестал приписывать ему. Более того, Пантелеймон издевается и над греческими богами, считая их силы ничтожными и предпочитая всех их одному Иисусу Христу, именем которого он исцелил немало больных. Но самым опасным из деяний Пантелеймона доносчики считали переход на его сторону всех тех, кого он вылечил.
   «Все, кого он врачует, - писали они императору, - доверяют ему, и потому он без труда убеждает их оставлять наших богов» [5, С. 17]. Явное пренебрежение верой предков, проявленное Пантелеймоном, не было оставлено Максимианом без внимания. Он велел арестовать иноверца и возмутителя спокойствия в городе Никомидии и приговорил его к мученической смерти. Святой Пантелеймон мужественно принял все страдания, выпавшие на его долю.
   «Все, умершие за Христа, - говорил он своим мучителям, - не погибли, но получили жизнь вечную» [5, С. 25]. Язычники обезглавили его, а тело бросили в костер. Однако оно не сгорело в нем, а было тайно предано земле христианами. Глава святого Пантелеймона, как великая христианская святыня, хранится в Русском Пантелеймоновом монастыре, находящемся на святой горе Афон (Греция) [7].
   В правление императора Максимиана (284-305 гг.) в Никомидии и в окрестностях города было казнено около 20 000 последователей Иисуса Христа. Одним из таких мучеников за веру стал священник Ермолай из Никомидии, крестивший целителя Пантелеймона. Когда его схватили язычники, они обещали сохранить ему жизнь, если он публично принесет жертву языческим богам и тем самым отречется от христианской веры. Однако Ермолай ответил язычникам решительным отказом, выразив готовность пострадать за Иисуса Христа. Погиб мученической смертью (был обезглавлен). День памяти святого Ермолая празднуется 26 июля, накануне дня памяти святого Пантелеймона [8]. На некоторых иконах священномученик Ермолай и святой целитель Пантелеймон изображаются вместе.
   Святой Пантелеймон считается покровителем медиков, включая врачей и средний медицинский персонал. Кроме того, в царствование Петра Великого он был признан и святым покровителем молодого российского флота, так как в день его памяти (27 июля) были одержаны две крупные морские победы над шведами - при Гангуте (1716 г.) и при Гренгаме (1720 г.).
   Святой Сампсон (Странноприимец) родился в Риме от «четы царского происхождения» [9, С. 308] и потому получил образование, достойное его высокого рода. Особенно тщательно он изучил врачебное искусство, чтобы помогать страждущему человечеству. После смерти родителей Сампсон продал унаследованное им богатое имение, а полученные таким образом деньги раздал бедным и нуждавшимся в них больше, чем он сам. После этого он поселился уединенно в одном из пустынных мест. Однако затворничество продолжалось недолго. Вскоре Сампсон оказался в Константинополе, где стал владельцем небольшого дома. Это жилище он приспособил для проживания странников и бездомных, которым он оказывал посильную материальную, а также врачебную помощь. В результате Сампсон, как содержатель приюта для странников и обездоленных, был прозван странноприимцем. О его самоотверженном служении делу милосердия стало известно и константинопольскому патриарху, который посвятил его в сан священника. Кроме того, он пользовался широкой известностью как безмездный врачеватель, на счету которого имелось несколько случаев исцеления больных, считавшихся неизлечимыми. Сохранилось предание об обращении к Сампсону даже императора Юстиниана, долго страдавшего от тяжелой болезни. Когда наступило выздоровление, император предложил врачевателю значительную часть своих сокровищ, но Сампсон не принял царского подарка. Вместо этого он просил его построить еще один странноприимный дом в Константинополе, чтобы оказывать всяческую помощь еще большему числу странников и обездоленных сограждан. Император поспешил исполнить это пожелание. В результате дело милосердия, которому Сампсон (Странноприимец) как содержатель приютов, искусный врачеватель и христианский священник посвятил всю свою жизнь, одержало победу.  Он достиг глубокой старости и скончался в Константинополе около 530 г., где был погребен в церкви священномученика Мокия.
   Память о святом целителе Сампсоне издавна принято чтить и в России. Как известно, в день церковного празднования его памяти (27 июня) была одержана победа в Полтавской битве (1709 г.). С тех пор святой Сампсон был провозглашен покровителем российского воинства. Петр I построил в его честь одну из первых церквей Санкт-Петербурга, велел устроить подле нее первое городское кладбище и назвал Сампсониевским проспект, проложенный по кратчайшей дороге, ведущей в Швецию, а также мост, соединявший город (Петербургскую сторону) с его предместьем (Выборгской стороной).
   Святой целитель Кир родился в египетском городе Александрии, известном богатыми традициями в области медицины. Здесь, получив образование, он начал врачебную практику. Здесь же среди большинства язычников Кир стал одним из немногих тогда христиан. Исповедуя мотивы христианского подвижничества, он лечил больных бесплатно. Когда они пытались как-то отблагодарить своего врачевателя, то Кир просил их обращать эту благодарность в молитвах к Богу, уверяя, что истинным целителем является Иисус Христос, а он лишь земной проводник его небесной воли. Когда в Александрии начались преследования христианских проповедников, организованные императором Диоклетианом, Кир удалился в Аравийскую пустыню, где христианам жилось спокойнее. Здесь продолжались его чудесные исцеления телесных и душевных страданий аравийских кочевников. Молва о чудесах, творимых христианским врачевателем, приходила в поселения раньше его самого. Она же привлекла к нему бывшего воина Иоанна, ставшего его верным учеником и последователем как во врачебном деле, так и в проповеди христианского вероучения. Иоанн, поселившись вместе с Киром, старался во всем походить на своего наставника. В скором времени он тоже овладел искусством врачевания и стал самостоятельно и безвозмездно исцелять больных.
   Кто-то из арабских кочевников сообщил Киру, что в египетском городе Канопе преследователи христиан схватили христианку Афанасию вместе с тремя малолетними дочерьми и собираются мучить их до тех пор, пока те не отрекутся от христианской веры. Намереваясь предложить себя в обмен на свободу женщины и детей, Кир и Иоанн пришли в город Каноп, где сообщили о себе правителю города. Вместо обмена он велел схватить их и подвергнуть жестоким пыткам в присутствии христианки Афанасии и ее дочерей. В результате истязаний и Кир, и Иоанн были обезглавлены. Их останки были захоронены близ того же города. Это произошло в 311 г. Спустя 100 лет мощи святых Кира и Иоанна были перенесены в селение Мануфин, близ города Канопе. Сейчас они находятся в Мюнхене. Поэтому иконописные образы Кира и Иоанна нередко изображаются вместе. День памяти святого целителя и мученика Кира отмечается 31 января [10].
   Святой целитель Диомид родился в городе Тарсе, где получил врачебное образование, а затем стал исповедовать христианское вероучение. Оказывая помощь больным, он в то же время просил язычников обратиться к Иисусу Христу, отказавшись от идолопоклонничества. Таким образом Диомид, исцеляя больных и проповедуя христианство, путешествовал по разным городам и селениям, пока не пришел в город Никею, находившийся на территории Малой Азии. Здесь он был схвачен слугами языческого императора Диоклетиана, преследовавшего христиан, и повезен ими на судилище в Никомидию. Но по дороге целитель, помолившись, умер. День памяти святого целителя и мученика Диомида отмечается 17 августа [11].
   Историки медицины дополнили список святых целителей, образы которых можно видеть на храмовой иконе храма Космы и Дамиана на Маросейке (Москва). Так, к сонму святых-врачей III-IV веков ими дополнительно были отнесены Киприан и Трифон.
   Святой Киприан родился в Антиохии в IV веке. Он считался философом и волхвом, т. е. хранителем (по М. Б. Мирскому, 2000 г.) богатейших медицинских познаний языческих времен, к тому же занимался на практике лекарским знахарством [12]. Став христианином и проповедником вероучения Иисуса Христа, Киприан отрекся от волхвования и сжег лекарские книги языческого содержания. В дальнейшем был рукоположен во епископа. Принял мученическую смерть (был обезглавлен) в Никомидии (ныне - город Измит, Турция) во времена императора Максимиана, 26 или 28 сентября 304 г. [13].
   Святой Трифон родился в первой половине III века во Фригии, в одном из селений, находившихся близ города Апамеи (в начале ХХ века - турецкий город Динер), в семье небогатых поселян. История не сохранила имена его родителей. Известно лишь, что они были христианами. Трифон был одаренным ребенком и уже с детских лет отличался необыкновенным даром целительства и способностью творить чудеса. Молва о чудесных исцелениях юноши Трифона даже достигла «вечного города» Рима, где в те времена правил император Гордиан. Случилось так, что дочь императора, прекрасная душой и телом, вдруг заболела страшным недугом. В нее якобы вселился злой дух, немилосердно мучивший бедную царевну, которая, чтобы избавиться от него, кидалась то в огонь, то в воду. В Рим были созваны самые искусные врачи, но ни один из них не сумел излечить или даже облегчить страданий девушки. Тогда в императорский дворец был доставлен 17-летний Трифон, изгнавший злого духа из царской дочери. Обрадованный отец предложил юному чудотворцу щедрые дары, которые тот с благодарностью принял, но не для себя, а чтобы поддержать тех, кто нуждается больше его. Возвращаясь в отчий дом, Трифон по дороге раздавал подарки императора нищим и обездоленным. После возвращения в его жизни ничего не изменилось: он продолжал дело христианского милосердия, исцеляя больных, помогая бедным и вразумляя заблудших.
   Римский император Гордиан царствовал недолго. Вскоре после него императорский престол языческого Рима занял Декий (249-251 гг.), который не отличался веротерпимостью и прослыл жестоким гонителем христиан. Поэтому в скором времени епарху Аквилину, правителю Фригии, последовал донос от части ее жителей. В нем утверждалось, что Трифон не только христианин и целитель, но и христианский проповедник. Зная искусство врачевания, он ходит по фригийским селениям, исцеляя больных и заодно обращая их в веру христианскую. Правитель Аквилин, живший в Никее, прослыл строгим и ревностным исполнителем предписаний своего императора. Он немедленно разослал воинов по всей Фригии, чтобы отыскать Трифона и доставить его в Никею для суда. Когда они выполнили приказ правителя, Аквилин потребовал от Трифона отречься от христианской веры. Только таким путем он мог еще остаться в живых. Но Трифон отказался от измены вере, заявив Аквилину, что готов отдать за нее даже жизнь. Он достойно встретил мученическую смерть (был обезглавлен) в 250 г. Никейские христиане тайно перенесли его тело в селение Кампсад, где он родился, и там предали земле, «научая тем и нас свое отечество любити» [14]. День памяти святого мученика Трифона отмечается 1 февраля [15]. Части мощей святого Трифона хранятся в церкви святого Трифона, что в Напрудной (Москва), в Киево-Софийском соборе (Киев, Украина), а также в Покровском соборе Русского Пантелеймонова монастыря, находящемся на святой горе Афон (Греция) [16].
   Список целителей тех далеких лет, отнесенных к лику святых Православной Церкви, может быть продолжен. К их числу принадлежат Кодрат и Фалалей, жившие в III веке.
   Святой Кодрат был найден новорожденным младенцем в пустыне близ города Коринфа. Родила его христианка Руфина, скрывавшаяся от преследования за веру со стороны римских властей. Когда он вырос, то научился искусству врачевания болезней. Живя уединенно в горах, он время от времени посещал Коринф, безвозмездно занимаясь там врачебным делом. В годы правления римского императора Декия (249-251 гг.) Кодрата вместе с другими христианами арестовал коринфский правитель Иасон. Он потребовал, чтобы они под угрозой смерти публично отреклись от христианского вероучения. Однако Кодрат отказался подчиниться правителю города и выбрал для себя мученическую смерть (был обезглавлен). День памяти святого мученика Кодрата отмечается 10 марта [17].
   Святой бессребреник Фалалей был, по преданию, сыном ливанского воеводы. Изучив врачебное искусство, он прославился тем, что «безмездно лечил больных», успешно исцеляя их от различных недугов. Был арестован римскими властями, как христианин, но не отрекся от христианской веры, несмотря на пытки. Принял мученическую смерть (был обезглавлен) в 284 г. в городе Киликии (ныне - территория Малой Азии). День памяти святого бессребреника и мученика Фалалея отмечается 20 мая. В наши дни его мощи находятся в монастыре греческого острова Наксос [18].
   Во времена Византийской империи прославился искусный врач Павсикакий (умер в 606 г.), лечивший больных безвозмездно, вне зависимости от их материального положения. Известен тем, что исцелил императора Маврикия. «За святость жизни» был рукоположен во епископа. День памяти святого Павсикакия отмечается 13 мая [19].
   После обращения в христианство Киевскую Русь стали прославлять другие врачеватели, не покладавшие рук для дела христианского милосердия и поэтому отнесенные к лику православных святых. К ним относились Антоний Печерский, Агапит, Алимпий, Лаврентий Печерский и др.
   Одним из первых в русской земле просиял бывший византийский монах-подвижник, преподобный Антоний Печерский (983-1073), основатель Киево-Печерской лавры, где находилась древнейшая на Руси монастырская больница. Приняв пострижение в Афонском монастыре (Византия), он постиг основы врачебного искусства. В 1028 г. Антоний пришел в Киев, где стал монахом-отшельником Берестовой горы (жил в ее пещере) и занимался врачебной деятельностью. Об этом, в частности, указывалось в летописи: «Яко же бо он, великий, покрываа свою святость, больныа исцеляше от своеа яди, мияся тем врачевное зелие подаваа, и тако здрави бываху молитвою его» [20]. В 1051 г. вместе с монахом    Феодосием основал Киево-Печерскую лавру, получившую название от пещер (древнерус. - печеры), в которых жили монахи.
   К когорте особо славных врачевателей Киево-Печерской лавры принадлежал «святой и блаженный Агапит» (?-1095) [21, 22]. Он был ближайшим учеником Антония Печерского. Врачеватель Агапит бесплатно лечил как мирян, так и обитателей монастыря, сам готовил для больных лекарства, учил их применению, а также сам ухаживал за тяжелобольными, которым было не по силам обслуживать себя. Тем самым этот «безмездный врач» приобрел широкую известность в Киевской Руси.
   Однажды он исцелил внука Ярослава Мудрого черниговского князя Владимира Всеволодовича, который впоследствии стал киевским князем (1113-1125 гг.) и был известен в истории как Владимир Мономах. Потеряв надежду на исцеление, князь Владимир попросил преподобного Агапита прийти к нему. Однако Агапит, не выходивший за пределы Киево-Печерской лавры и лечивший только на территории обители, отказался исполнить волю князя: «Если я пойду из монастыря для князя, - ответил он, - то должен буду делать то же и для простых людей». Тем не менее послал князю своего «зелья», от которого Владимир быстро поправился. По выздоровлении князь пожелал щедро вознаградить своего исцелителя и послал Агапиту богатые дары. «О чадо мое, - сказал посланнику Агапит, - я никогда и ни от кого не брал даров за лечение». И только после усиленных просьб взял преподобный Агапит княжеские дары и раздал их нищим. По мнению М. Б. Мирского, Агапит не принял вовсе княжеских даров, но потребовал, чтобы князь сам раздал их нищим, что и было исполнено Владимиром. «И услышали о нем в городе, что в монастыре есть некто лечец, и многие больные приходили к нему и выздоравливали» [21]. Мощи святого Агапита сохранились в склепе Киево-Печерской лавры. По его черепу в 1985 г. был воссоздан облик этого замечательного врача-монаха. День памяти святого Агапита отмечается 1 июня.
   Кроме того, древнерусскими хрониками был отмечен преподобный Алимпий (?-1114). Ему удавалось излечивать прокаженных, которых не могли вылечить «волхвы и неверные люди» [21]. К тому же Алимпий был талантливым художником-иконописцем. Этому ремеслу он научился у пришедших в Киев греческих мастеров. Ему даже удавалось использовать некоторые иконописные краски в качестве основы для мазей, которые он успешно применял при лечении проказы и кожных заболеваний.
   В том же XII веке как искусный врачеватель прославился преподобный Лаврентий Печерский, служивший делу милосердия сначала в одном из киевских монастырей, а затем и в Киево-Печерской лавре. Он достиг действительно выдающихся результатов в своей врачебной практике, которые летописцами объяснялись не иначе, как божественным даром исцеления больных. Высокими оказались достижения Лаврентия Печерского и в деле служения Господу нашему. Он был рукоположен во епископа в Турове, где и закончил свои земные дни. После его кончины мощи святого были перенесены в Киево-Печерскую лавру, где и почивают до наших дней. День памяти святого Лаврентия Печерского отмечается 29 января [23].
   Лечебным делом занимался и патриарх Никон, когда по определению Московского собора он в 1666 г. был сослан в Ферапонтов монастырь. По мнению М. Б. Мирского, документально установлено, что здесь начиная с 1672 г. Никон вел прием больных - читал над ними молитвы, мазал их освященным маслом, давал им разные лекарства. Вероятно, он считался искусным «лечцом» потому, что за советами и лекарствами народ собирался толпами «перед кельею» его [24].
   Один из помощников Никона, дьякон Мардарий, приобретал для него в Москве «для лекарства деревянное (оливковое) масло, осной ладан, скипидар, траву чечуй, целебиху, зверобой, нашатырь, квасцы, купорос, камфару и камень безуй» [25]. Из этих компонентов и других продуктов (мед, свиное сало, утиный жир и пр.) составлялись разные лекарства, которые использовались Никоном для лечения больных. При этом Никон часто добивался успеха. Впоследствии следственным властям, посланным собором 1676 г., указано было «все Никоновы лекарства, коренья, травы, водки, мази сжечь на огне и бросить в реку, чтоб от него ничего не осталось» [26].
   Искусным врачевателем проявил себя архиепископ Холмогорский и Вятский Афанасий, осваивавший науку врачевания по книгам Патриаршей библиотеки в Москве. При Холмогорском монастыре Афанасий завел аптеку, где содержался широкий набор лекарств, часть из которых доставлялась из столицы. Об этом может свидетельствовать рукопись «Тетрадь преосвященного Афанасия архиепископа Холмогорского», хранящаяся в Библиотеке Российской академии наук. В ней приводилась «роспись» лекарств: масел (гвоздичного, мятного, анисового, полынного), мазей (диалтейной, попилевой, белильной, бобковой), порошков сложного состава, сиропов и бальзамов. Афанасий являлся автором нескольких научных трудов, в том числе медицинской тематики. Наибольшую ценность из них представляет «Преосвященного Афанасия архиепископа Холмогорского и Вятского Реестр из доктурских наук», находящийся на хранении в Военно-медицинском музее в Санкт-Петербурге. Этот труд историк медицины И. Л. Аникин справедливо считал одной из первых российских фармакопей [27]. В ХХ веке Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) был прославлен как местночтимый святой (1996 и 1999 гг.). В августе 2000 г. архиепископ Симферопольский и Крымский Лука (Войно-Ясенецкий) причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских для общецерковного почитания. Кроме того, Святитель Лука (1877-1961) известен как видный российский хирург, труды которого по праву принадлежат к числу лучших шедевров отечественной медицины. В том же 2000 г. увидело свет пятое издание классической монографии Святителя Луки «Очерки гнойной хирургии».
   В 2004 г. на территории Национального медико-хирургического центра им. Н. И. Пирогова в Москве (Пироговский центр) был установлен памятник Святителю Луке (Войно-Ясенецкому) работы скульптора В. Д. Балашовой и архитектора Т. Н. Милорадович.
   В Пироговском центре не только свято чтят память о Святителе Луке. Здесь претворяют в жизнь пророческие предначертания выдающегося хирурга. При жизни Святителю Луке не удалось создание клиники и кафедры гнойно-септической хирургии в пределах СССР, несмотря на беспримерные усилия, предпринятые им.
   Эта практическая задача, поставленная хирургом В. Ф. Войно-Ясенецким, решена в 2003 г., когда в составе Пироговского центра была развернута клиника гнойно-септической хирургии, которая теперь носит имя Архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого). Она является учебной базой кафедры хирургических инфекций Института усовершенствования врачей при Пироговском центре, где с 2004 г. проводятся занятия с группами врачей-интернов и аспирантов, хирургов и терапевтов разных специальностей.
   На этом пути осуществляется преемственность поколений отечественных хирургов. То, что не удалось предшественникам, остается нашей задачей. То, что мы не успеем, выполнят те, кто следует за нами.
   Жизнь и деятельность архиепископа и хирурга В. Ф. Войно-Ясенецкого в последние десятилетия привлекала внимание многих исследователей. Причина общеизвестна - небывалый поворот общества ранее воинствовавших атеистов к покаянию и вере. Поэтому большинство из них стремилось к отображению той части его жития, которая больше была связана с образом Святителя Луки, чем с деятельностью земского врача и хирурга В. Ф. Войно-Ясенецкого.
   Об этом свидетельствуют монографии, посвященные В. Ф. Вой-но-Ясенецкому на рубеже XX-XXI веков. К примеру, для журналиста М. А. Поповского, чья книга о Святителе Луке неоднократно переиздавалась (1979, 1996, 2001 и др.) [28-30], Войно-Ясенецкий был сначала священнослужителем высокого ранга и лишь потом - хирургом. Подобной точки зрения придерживались также священнослужитель В. Марущак (1997, 2004 и др.) [31, 32] и экономист, философ, общественный деятель В. А. Лисичкин (1999, 2001 и др.) [33-35], которые отображали этот образ прежде всего в лице Святителя, Святого или великомученика.
   Правда, В. А. Лисичкин в качестве близкого родственника Святителя больше и детальнее остальных останавливался на характеристике его врачебной деятельности. Вместе с тем до сегодняшнего дня она продолжает оставаться малоизвестной для большинства почитателей врачебного искусства В. Ф. Войно-Ясенецкого, которое долгое время оставалось в тени его высокого церковного сана. Поэтому большинство из нас знакомилось только с теми фактами из врачебной биографии архиепископа, какие он считал нужным изложить в воспоминаниях, продиктованных секретарю в 1958 г. и опубликованных в последние годы (1995, 1998 и др.) [36, 37].
   Остальные публикации, подготовленные сослуживцами и соратниками по профессии в виде воспоминаний или статей юбилейного характера, достойно отражают лишь отдельные, наиболее драматические эпизоды такой деятельности, не создавая впечатления ее цельности и должной завершенности.
   Нет сомнений, что его многолетняя самоотверженная врачебная деятельность, направленная на облегчение физических страданий больных, не могла не привести к другой цели жизни, ставшей со временем главной, - облегчению душевных страданий и мук.
   Служение церкви и медицинская деятельность нередко соседствовали в семейном укладе. Многие врачи прошлых лет, когда христианское милосердие на Руси считалось нормой жизни, не только являлись выходцами из семей священнослужителей, но и выпускниками духовных учебных заведений. К их числу, в частности, относился киевский профессор хирургии А. Д. Павловский, ставший одним из первых наставников студента-медика Войно-Ясенецкого на хирургическом поприще.
   А. Д. Павловский к тому же принадлежал к лучшим выпускникам Императорской Медико-хирургической академии, закончив обучение в ней в 1881 г., когда скончался первый хирург России Н. И. Пирогов. Он принадлежал к плеяде российских хирургов, принявших эстафету беззаветного служения хирургии из рук умиравшего гения и пронесших ее через жизнь [36].
   От великого Николая Пирогова [37] - к выдающемуся киевскому хирургу Павловскому, а от него - к земскому хирургу и профессору Войно-Ясенецкому. Так создавался прочный сплав духовности и врачебного искусства, преемственности хирургических поколений Отечества, сила которых достигла небывалой высоты в житии архиепископа Луки и деятельности хирурга В.Ф. Войно-Ясенецкого.

Список использованной литературы